Апелляционная жалоба на продление срока содержания под стражей гр-на Б.

Сегодня в 14 часов 40 минут Мосгорсуд рассмотрит мою апелляционную жалобу по одному из уголовных дел. Прогноз рассмотрения — отказ. Почему?

Да, такова уж практика. На днях разговаривал с коллегой. Так он рассказал, что уже пять лет не практикует по уголовным делам, поскольку нервы не выдерживают ежедневно видеть нежелание судов действовать по закону.
Ниже привожу примерные тезисы своего выступления в суде. Некоторые части текста изменены или исключены по причине специфики уголовного дела.

В Судебную коллегию по уголовным делам Московского городского суда

Тезисы выступления адвоката МКА «Закон и человек» Голубева В.В. (127006, г. Москва, ул. Долгоруковская, д.38, корп. 2, тел. (8-926-528-65-20)

Мною подавалась апелляционная жалоба на постановление о продлении срока содержания под стражей Б. и Ж., вынесенное судьей Тверского районного суда г. Москвы Сташиной Е.В. 22 июля 2014 г. по той причине, что удовлетворяя ходатайство следователя и продлевая срок содержания под стражей обвиняемого Б. М.С. «на три месяца, а всего до 10 (десяти) месяцев 25 (двадцати пяти) суток, т.е. до 22 октября 2014 года», не только необоснованно было отказано в удовлетворении моего ходатайства об изменении меры пресечения на домашний арест, но вообще было проигнорировано и не было рассмотрено мое ходатайство об изменении меры пресечения на залог.

Суд первой инстанции при рассмотрении ходатайства следователя и вынесении обжалуемого постановления действовал необъективно и формально, а также с нарушениями законодательства и руководящих разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, в связи с чем имеются основания для отмены данного постановления:
1. Так, проявляя односторонний подход к исследованию доводов сторон процесса, судья Сташина Е.В. полностью цитирует в своем постановлении доводы ходатайства следователя, но практически не упоминает ни одного аргумента стороны защиты. Единственно, в постановлении приводятся в искаженном виде ходатайства защиты об изменении меры пресечения.
Это подтверждается цитированием судьей ходатайства следователя на стр.2-3 обжалуемого постановления и полным игнорированием моих доводов, например, о том, что:
— в случае изменения меры пресечения на домашний арест ни один из обвиняемых просто не в состоянии помешать расследованию, которое, если верить ходатайству, практически завершено. Ведь в шестом абзаце на второй странице своего ходатайства следователь фактически указывает, что выполнено все то, ради чего срок содержания под стражей продлевали последний раз. Единственно, что не успели сделать следователи, так это предъявить обвинение в окончательной редакции, да плюс к тому не получены заключения пары экспертиз.
— среди материалов, прилагаемых к ходатайству следователя о продлении, имеются дополнительные допросы Б., из показаний которого следует, что он _________________, за что получал вознаграждение. Это подтверждают и материалы дела, которые следствие представляло в свое время. Это подтверждено и имеющимися в материалах очными ставками между моим подзащитным и высокопоставленными работниками _________.
— следователь указывает на возникшую необходимость проведения экспертиз. Но он не представил доказательств тому, что не было волокиты, то есть не объяснил причину затягивания с их назначением и не представил суду доказательств, что эти экспертизы будут делать долго, нет доказательств, что они вообще назначены.
— суд не должен доверять предположениям следователя, не подкрепленным доказательствами.
— мой подзащитный не должен содержаться под стражей по причине волокиты, допущенной группой следователей.

2. Настаиваю на том, что судья была обязана дать оценку каждому из аргументов защиты. Но она этого не сделала. Аналогичным образом судья Сташина отреагировала и на доводы адвоката, защищавшего обвиняемого Ж.

3. Выше мною указано, что в обжалуемом постановлении приводятся в искаженном виде ходатайства защиты об изменении меры пресечения. Уточню – часть ходатайств не приводится вообще. Так, я ходатайствовал о рассмотрении возможности избрания моему подзащитному меры пресечения в виде домашнего ареста или залога, указав, что лично готов обеспечить реализацию этих мер пресечения (т.е. внести залог за подзащитного или предоставить квартиру для его проживания под домашним арестом), но данные ходатайства не рассмотрены, поскольку в обжалуемом постановлении сказано лишь: «Сторона защиты, возражая против удовлетворения ходатайства следователя, просила избрать меру пресечения обвиняемым, не связанную с лишением свободы, в том числе в виде домашнего ареста, а защитник Ветринцев К.В. — и в виде залога».
Таким образом, суд первой инстанции не рассмотрел моего ходатайства об избрании Б. меры пресечения в виде залога.

4. Также обращаю внимание суда апелляционной инстанции на тот факт, что суд первой инстанции необоснованно ограничил сторону защиты в реализации права предоставлять доказательства. Так, вопреки письменному утверждению следователя (содержится в сопроводительном письме следователя) о готовности предоставить дополнительные материалы, суд отказал в удовлетворении ходатайства защиты о предоставлении таких материалов, а именно – о предоставлении суду полной копии протокола очной ставки между моим подзащитным и гражданином Н., так как в части протокола, не переданной следователем суду, содержится значимая для принятия решения по мере пресечения информация.
Необоснованно суд первой инстанции отказал и в истребовании и оглашении в заседании материалов, послуживших основанием для заключения обвиняемых под стражу. Между тем, их оглашение позволяет однозначно установить, что в данном случае применим пункт 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», где судам предписано даже при наличии оснований для избрания меры пресечения «учитывать, что обстоятельства, являвшиеся достаточными для заключения лица под стражу, не всегда свидетельствуют о необходимости продления срока содержания его под стражей».

5. И, наконец, суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении моего требования об освобождении из-под стражи Б. до начала рассмотрения ходатайства следователя по существу. Свое требование об освобождении Б. я аргументировал тем, что в ранее вынесенном постановлении суда срок содержания моего подзащитного под стражей определен формулировкой «до 22 июля 2014 года», то есть 22.07.2014 не включается в срок содержания под стражей. В противном случае в постановлении было бы написано: «по 22 июля 2014 года включительно».
Таким образом, суд первой инстанции незаконно ограничил право моего подзащитного на свободу передвижения, чем в числе прочего человек был морально подавлен и унижен.

На основании изложенного, прошу:
1. Обжалуемое постановление о продлении срока содержания под стражей Б. отменить, изменив меру пресечения на любую иную.

Адвокат МКА «Закон и человек» В.В. Голубев
(8-926-528-65-20)
01.10.2014 г.

Добавить комментарий